MARVEL GENESIS`

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MARVEL GENESIS` » Другие места » 09.04. - Je m'en fous pas mal


09.04. - Je m'en fous pas mal

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Je m'en fous pas mal

√ Место действия: Бали, Денпасар.
√ Дата, время и погода: 9 апреля
√ Действующие лица: Виктор фон Дум, Ванда Максимофф;
√ Описание:

Как бы не хотела или же напротив хотела Афина скрыть свою охоту за Алой Ведьмой, до доктора Дума всё же доходят сведения о попытке нападения на цыганку. Данный ход со стороны богини был непредвиденным. Но разве такой гений, как Виктор фон Дум, не может обернуть любую ситуацию на свою сторону?
Ещё до Гекаты доктор находит мисс Максимофф на Бали, предлагая... свою помощь.

+1

2

Часто бывает, что выпустив джинна из бутылки, мы оказываемся бессильны загнать его обратно, но и контролировать тоже не можем. Нередко это заканчивается смертью бедолаги, который решил шутить с силами, которые он не понимает, или же такой человек выживает, но теряет все, что ему было дорого. Казалось бы, столько книг написано на эту тему, столько фильмов снято, но человеческая гордыня  все же берет вверх над осторожностью и благоразумием и, к, сожалению, этим страдают даже лучшие умы на земле…

Не так давно Виктор вызвал Афину. Сделано это было естественно, в личных целях . Казалось бы, что может пойти не так? Ведь грозный правитель Латверии предусмотрел все риски для себя, а судьбы других людей, которые могли бы (или уже) были разрушены богиней в новом сосуде, его и вовсе не интересовали. Он был бы совсем не против, если бы  «небожительница» смогла уничтожить  так называемых «Мстителей». Всех, или хотя бы парочку из них.   Монарх видел в этом некую иронию-  люди и нелюди, возомнившие себя новыми богами правосудия будут сражаться с одной из «настоящих» богов. Почему в кавычках? Наверное потому, что богами жители олимпа или Асгарда могли считаться лишь в незапамятные времена, когда люди боялись и простого раската грома.  На сегодняшний день на земле живут люди, гораздо, гораздо более могущественные. Вспомнить хотя бы печально известного Сентри, и то, что он сделал с Асгардом. Дум никогда не одобрял эту в высшей мере идиотскую идею  с Осадой, но наблюдать за этим было забавно, это Дум мог признать.

В плане Доктора Дума оставалась лишь одна маленькая деталь, которой он не уделил должного внимания, из-за чего она  внезапно увеличилась в  размерах до исполинских масштабах.   Этой деталью, конечно, была Ванда. Ох уж эта мисс Максимофф, с ее способностью как магнитом притягивать к себе мужчин. Неудивительноно, что и сам Дум,  закованный в броню с головы до ног, оказался  жертвой ее притяжения.  Должно быть, многим покажется это глупым, но с того самого момента, когда Ванда пересекла порог его замка, Виктор знал- она должна принадлежать ему одному. Многие говорили о том, что Дум изначально обратил свое внимание на цыганку лишь из-за ее невероятной силы. В самом начале так и было, но внезапно для  себя Виктор обнаружил, что  получил нечто большее,  чем просто Ванду  со всей ее силой, он получил…покой? Да, покой.   Столько лет Доктор Дум пытался получить божественную силу или захватить  мир, все это  делалось не только ради лучшего мира, который жестокий гений собирался построить, но и ради собственного эго,  это были попытки заполнить странную пустоту внутри, которую Виктор чувствовал с самого рождения. Но чем больше он общался с Алой Ведьмой, тем больше ему казалось, что она- именно то, что может помочь ему почувствовать себя целым. Они могли бы быть мужем и женой уже сейчас, но ее родня и друзья все испортили. Не только свадьбу, но и ее отношение к Думу. Они все ещё могли общаться, но оба знали, что как раньше уже не будет.

Новость о том, что Афина пытается забрать силы Ванды насильственным методом сразу  достигла ушей монарха. Виктор не ожидал, что «небожительница» будет использовать такие методы, но все же у него была заготовка на подобный случай. Самое главное – действовать быстро. 
Перед Думом возникла интерактивная голограмма земного шара. Отследить энергию Ванды не составляло никакого труда, ведь он давно  знал ее энергетический след. Именно поэтому  Ванда благоразумно заметала следы- ее  «энергетический отпечаток» был сразу в нескольких точках планеты, может, этого и будет достаточно, чтобы запутать богиню на некоторое время, но только не Доктора Дума. Самый сильны и обновляющийся след шел из Денпасара. Что ж, значит – Бали..

Дум вышел из  своего портала  прямо посреди города, изрядно напугав туристов и местных жителей. Пройдя  пару метров, Виктор включил устройство маскировки, тут же слившись с толпой, приняв образ одного из местных жителей. Конечно, Дум мог использовать и магическую маскировку, но не хотел оставлять дополнительного следа для Афины.   Незаметно следовать по маршруту  Ванды не составляло труда- он легко чувствовал ее энергетику, поэтому оставалось лишь следовать за ней.  И вот, свернув в один из переулок, и увидев  мисс Максимофф, сревнувшую сюда с другой стороны, Дум принял свой настоящий облик.

- Ты неплохо спряталась, Ванда - сказал он – но  все же недостаточно хорошо.

Отредактировано Victor von Doom (2013-04-10 23:43:08)

+2

3

Солнце, соль, вода, туристы, местные, тропики... Прятаться на острове одновременно и выгодно, и нет, потому что не смотря на скопление народу на острава, маленький кусок земли прочесать проще, чем большой. Но когда таких кусочков много... Ставка шла именно на это. Раз уж Роджерс решил погнать Ванду в бега, то нужно получить хоть минимальную пользу от такого времяпровождения.
Нападение Афины произошло три дня назад ровно. Отговорки на ту тему, что со Стефаном Стренджем они бы одалели Афину не были восприняты всерьёз, к сожалению. За три дня, Алой Ведьме удалось разбросать следы своей магии приблизительно в равномерных количествах по всему шарику. И тем не менее, связаться она ни с кем не могла, разве, что только со Стивом, но и то, это могло стать рискованным, учитывая то, что он был замешан в драке.

Максимофф никогда не хотела этого - снова оказаться одной. Она никогда не мыслила свою жизнь в одиночестве. С детства рядом с ней всегда был Пьетро, затем Братство, потом Мстители... Она осталась одна лишь раз, и то тогда выдумала для себя Агату... А затем был Клинт, оставивший её одну, почему-то запутавшийся. Это жуткое чувство одиночества особенно сильно ночью, когда за окном тьма, когда греет только камин или батарея центрального отопления, когда максимум с кем можно поговорить, так только с самой собой. Это страшно... Это очень страшно. Страшнее чем война или горе. Это то, что может в один прекрасный день, прописать стены твоего дома, прилипнуть, как жвачка, к твоей одежде, а вечером пить с тобой чай, напоминая о том, что даже не с кем поговорить. Ванда молила бога, чтобы это бегство не было долгим, чтобы вот уже завтра развернуться и отправиться домой...

Её молитвы были услышаны, но по другому истолкованы. Но для начала уместнее пояснить и прояснить недалёкое прошлое: месяц назад, стоя на склоне ляденой поверхности он клялся ей, что больше в жизни она никогда не увидит его, просил сберечь память о нём, и лишь с надеждой спросил, могло ли быть всё по-другому. Честность - это черта в этих отношениях была присуще только Алой Ведьме. Она была честной... И, увы, ответ Виктора, помниться, тогда не порадовал. А её не порадовал его последний монолог, после чего память просто сгорела на столе с восходом солнца в неспящем городе. Вот и в принципе и всё... Они разошлись и больше никогда не должны были встретиться.

Именно поэтому холодный тон Виктора за спиной отдал по спине электрошоком, привёл в ступор. Это было хуже, чем то, если бы её нашла Афина. Это было удивление и шок, а также резко возникшая злость, которая пока ещё была не ощутима. Это злость была вызвана тем, что её застали врасплох, так в один миг, словно в один выстрел.

- Достаточно хорошо, чтобы не попадаться на глаза тому, от кого я прячусь, - сухо сказала Ведьма. Её не удивило то, что Виктор в курсе о её настоящих делах. Но это же ещё больше разжигало её раздражение: он следил за ней. Зачем? Разве ещё что-то осталось. Странно почему, но всё же найти девушку с длинными волосами в красном летнем платье ему удалось легко среди тысячи на неё похожих.

- Зачем ты здесь? - повернувшись к Виктору лицом, спросила женщина. - Мне казалось, последняя встреча уже состоялась?

Возможно, этот разговор так бы и продолжился, здесь, в переулке, но если бы местные мальчишки бы за спиной Ванды не стали бы показывать на Виктора пальцами с нескрываемым испугом. Алая Ведьма вздохнула.

- Идём, - тихо сказала она, снова повернувшись к Думу, на этот раз поправляя его плащ, надвигая капюшон на маску. А дальше он просто пошёл следом за ней. Ведьма же вела в одно из мест, что находилось её убещище. Место это - старый бар, который днём был закрыт, а с ночи до утра принимал гостей. В дневное время суток, там практически не водилось народу. Именно туда они направились.

- Никогда не думала, что ты выходишь на люди, - призналась Ванда, отктрывая второе окно, чтобы хоть чуть-чуть осветить пустой зал бара. Как всё не вовремя...

+1

4

Пока что не нашла – улыбнулся под маской Виктор -  в его голосе звучали привычные для Дума нотки торжества, но он все же попытался придать своему тону примиряющий оттенок. Не время сейчас для споров и ссор. Он не хотел вновь портить отношения с Алой Ведьмой, как было месяц назад.  Ничего удивительного, что Ванда реагирует на него так…сухо. Дум не привык к такой реакции. Его могли ненавидеть,  могли уважать, могли бояться, но никто не общался с ним так, как будто он какая-то совершенно заурядная вещь.  Особенно Ванда. Несмотря на то, что со времени их прошедшей встречи  тиран  обещал себе, что больше никогда не опустится до каких-либо романтических чувств и что больше не позволит своим сердечным желаниям влиять на трезвый ход мыслей в его голове, у него все же не получалось.  Особенно сейчас, когда они встретились вновь. Впервые в жизни у него что-то не получалось, и Виктор ничего не мог с собой поделать. И пусть Ванда считает, что последняя встреча уже прошла. Ведь на самом деле начало и конец любым отношениям определяет только Дум.
- Я пришел за тобой, Ванда- начал было Виктор, но позади Ванды, в другом конце переулка, он увидел кучку детей,   которые с явным страхом смотрели на человека в маске, тыкая в него пальцем и отбегая всякий раз, когда Дум смотрел в их сторону. Алая тоже заметила это и, вздохнув, поправила плащ Виктора, так, чтобы капюшон лучше прикрывал маску.

- Никогда не думал, что моя репутация настолько ужасна – задумчиво сказал он –  никогда не хотел становиться страшилкой для  детей.

И хотя это  сказано совершенно серьезным тоном,  эти слова были самым близким подобием шутки от Дума.  Он последовал вслед за Вандой, плотнее укутавшись в плащ. Выходя из переулка,  они вновь столкнулись с той же стайкой детей, что  разглядывала Виктора  минуту назад. Дети с криками разбежались в сторону,  но одному мальчику повезло меньше- запутавшись в собственных ногах, он  упал на землю прямо рядом с проходящим мимо  Виктором. Рука, облаченная в металлический доспех взяла мальчика за шиворот и рывком поставила на ноги.  Удивленный малыш  посмотрел вслед  Думу, затем разжал руку, в которой оказалась зажата латверийская  золотая монета.

- Чьто Йто? – удивленно крикнул он на плохом англиском.

- Кое-что на память – донесся до него голос Виктора.

Ванда и  Дум шли по улицам Денпсара совершенно спокойно, как будто бы они просто вышли  погулять в солнечный день. Почти никто не обращал внимания на огромную,  укутанную в зеленый плащ фигуру. Мало ли какие у этих странности?  Несмотря на то, что Дум был  закован в броню с головы до ног, он шагал совершенно бесшумно, никаких вам тяжелых металлических шагов. Давным-давно тибетские монахи научили его этому трюку бесшумной ходьбы, и сейчас это было довольно кстати.  Тем временем Ванда завела его в довольно старый (по крайней-мере с виду) бар, где практически не было посетителей. Если бы не бармен, нагло спящий за стойкой, то они бы остались совершенно одни. Ванда открыла окно, и в темное помещение хлынули лучи света,  отражаясь в доспехах Доктора Дума.

- Никогда не думала, что ты выходишь на люди – задумчиво сказала Ванда.

- Только в важных случаях – сказал Виктор -  ты и есть мой особый случай. Но прежде,  чем я расскажу тебе все, я хотел бы кое-что забрать. Я забираю  те слова, что сказал тебе в прошлый раз.- Помолчав, он заговорил уже более буднично – сегодня ты спросила меня, не следил ли я за тобой. Мой ответ:  нет. Не за тобой. Я засек момент, когда Афина появилась на земле, и мне было любопытно узнать, чего она хочетКонечно, всю правду Дум говорить не собирался -  и когда она решила напасть на тебя, когда твой «учитель»  бросил тебя в  момент нужды, я просто не мог не вмешаться.

Отредактировано Victor von Doom (2013-04-23 01:40:13)

+1

5

Человеку кажется, что он вспоминает, между тем он забывает. Это ужасное чувство одновременного взлёта и падения, земля под ногами падает, заставляя тебя потерять чувство гравитации. Вроде падаешь, а вроде взбираешься... Человек в железной маске говорил довольно сдеражанно, но почтительно, с должной расстановкой пауз, без малейшего лишнего колебания голоса. Этот голос был знаком. Он был точно таким же, как когда-то. Может менее властным, хотя на этот счёт ещё можно поспорить. Добавилось лишь больше холода... Того самого холода, который прошлый раз сковал её тело, а теперь сковавывал её сердце, колко напоминая о неясных её обидах, о попытке уничтожить оставленное воспоминание, которое теперь так и осталось с ней, в той самой коробке. Благо удалось унижточить портрет, единственная радость, что ей досталась...

Ванда обернулась спокойно посмотрев на Виктора, затем на Тома, который как бы невзначай протирал столешницу барной стойки. Слегка улыбнувшись, она без слов попросила его выйти. К счастью, молодой человек сразу понял намёк, хотя не понял почему в такую жару какой-то мужчина (Том видел только спину, обращенного от него Виктора) ходит в столь длинном и, как ему показалось, довольно тёплом плаще. Меж тем самому же фон Думу было всячески наплевать на зрителей этой сцены. Алой Ведьме даже показалось, что она бредит: сначала он нашёл её посреди улицы, сейчас начхав на бармена говорит с ней, а затем и вовсе забирает свои слова обратно. Для Доктора Дума забрать свои слова обратно равносильно тому, чтобы попросить прощения... честным образом, ибо если бы он сказал напрямую, то Ванда бы попросту не поверила ему. Дум не имел привычки просить прощения от сердца, он лишь находил снисхождения в том, чтобы сказать эти слова, но, естественно, не вкладывать в них смысл.

-Стрендж не бросал меня, он был нужен в другом месте, - твёрдо ответила Алая Ведьма, спокойно принимая эту колкость в отношении Стефана. Эта колкость и заставила её окончательно вспомнить, что какой бы необычной эта ситуации не становилась, фон Дум всё же был вполне себе обычным.

Лучи солнца, словно танцуя, отталкивались от брони Виктора, слегка ослепляя Максимофф, делая практически невозможным для того, что бы улавить хоть какое-то колебание, какую-нибудь фальшь. Тогда Ванда решительным шагом подошла к мужчине, так, чтобы можно было рассмотреть его глаза. Эта чертова маска... Она давала возможность только рассмотреть глаза, которые подобно броне, тоже не желали быть проницаемыми для чужого взгляда.

-Такая магия древнего происхождения... Неужели она могла сама появиться? - с наигранным любопытством сказала ведьма, - Или всё-таки это план, который дал сбой... - более железно добавила она, продолжая что-то искать в глазах Виктора. Это походило на пустую трату времени. Может в действительности оно так и было. - Впрочем это не столь важно.

Факт оставался фактом - Виктор нашёл её и теперь снова пришёл за ней. Это походило на урок, который ей был неусвоен ранее. О, как она сейчас жалела о том, что послушалась Стива. Если бы не Роджерс, то... Неизвестно что, но уж точно не встреча с Виктором.

- И каким же образом ты собираешься вмешиваться? - спросила Ванда, отходя куда-то в сторону на сей раз.

+2

6

Иногда память – это все, что остается после человека. И не важно, умер ли этот человек или же просто ушел в никуда – память все равно будет побрасывать  тебе самые острые и болезненные куски воспоминаний,  с садистским удовольствием возрождая в  голове картины и образы того, чего уже нет и, скорее всего, уже не будет.  Несмотря на то, что дел у Доктора Дума всегда было достаточно, воспоминания о Алой Ведьме нет-нет да и всплывали у него в голове, вызывая то приступы гнева, то, наоборот, чувство приятной ностальгии. Он вспоминал то время, когда его огромный замок в центре Думштата  перестал казаться  таким пустым.   На самом деле, конечно, он никогда не был пустым, учитывая огромное количество прислуги и  охраны, но Виктор не привык обращать на них внимание. Для него они были всего лишь легкозаменяемыми деталями одного большого  механизма.  Был и Кристофф Вернер, приемный сын Виктора.  Но Дум не привык делиться с кем бы то ни было своими мыслями, особенно такими… необычными? Да, пожалуй  что так. Монарх вспоминал то время, что Ванда провела вместе с ним, надежно сокрытая от  других глаз, когда весь мир ещё и понятия не имел, где она находится.

И сейчас, сидя в пустом старом баре, где из людей кроме них был мальчишка бармен, занимающийся какими-то своими делами, Виктор мог вновь видеть Ванду. Жаль только, что повод  для встречи ну совсем не располагал к романтике. Сейчас важнее всего было оградить ее от опасности, и просто переждать, как пережидают бурю. Будь Доктор Дум глупее, он сам бы сразился с Афиной, благо, у него уже были некоторые заготовки на экстренный случай, но… зачем?  Куда разумнее переждать, дать олимпийской богини шанс столкнуться со всеми врагами  Дума.  Сейчас же было куда важнее убедить  Ванду в своей правоте.

-Стрендж не бросал меня, он был нужен в другом месте,- твердо сказала Алая Ведьма

- Разве? –  спокойным, почти безмятежным тоном спросил Виктор – Не он ли  стал твоим наставником и обещал научить пользоваться своим потенциалом? Вместе с этим, он взял на себя ответственность за твою жизнь. Он должен был не только учить, но и помогать тебе, если потребуется. А что на деле? Трусливо сбежал, оставив даму один на один с надвигающейся угрозой. Ты никогда не думала, почему  он так поступил на самом деле?[/b] – Дум подождал пару секунд, будто бы дожидаясь ответа – Он был бы не против, чтобы ты исчезла. Как и все они. Для всего мира ты- бомба замедленного действия, часовой механизм которой непрерывно тикает. Я знаю, как тебе неприятно слышать эти слова, но правда всегда ранит.

Дум снова замолчал, наблюдая, как Ванда подходит ближе к нему. Старая  добрая игра в гляделки. Кто отвел  взгляд- тот и проиграл. Две пары глаз – зеленые и синие, столкнулись в безмолвном поединке. Поединке, который был уже заведомо проигран.  Взгляд Дума не изменился, оставаясь все таким же холодным и непроницаемым. В глазах Ванды  Виктор видел сомнение, недоверие и… толику надежды?

И так, не отрывая взгляда, Ванда задала последний вопрос. Довольно предсказуемый, но все же неприятный. Монарху Латверии хотелось бы, чтобы до этого так и не дошло.  Алая явно чувствовала какой-то подвох, в конце- концов она, пожалуй, лучше всех знала Виктора.

- [b]Здесь действительно поработала довольна мощная магия, – он говорил все тем же спокойным  голосом, почти не выражающим лишних эмоций – но Афина все-таки богиня, раньше у нее было достаточно почитателей. Возможно, какой-то греческий маг и обратился  к ней за помощью, но контролировать богов не так-то просто. Так или иначе, этот глупец уже наверняка мертв.  Сущности вроде  Афины не склонны к милосердию.
Я могу  скрыть тебя в… безопасном месте. Там, где не догадаются искать даже боги.  Пусть Афиной займутся другие.     

+1

7

- Откуда тебе может быть известно, какой у меня потенциал и есть ли мне нужна в Стрендже? - спокойно спросило Ванда, довольно резко и холодно. Самодовольные и самоуверенные мужчины сначала вызывают умиление, а потом раздражение из-за того, что они так уверены в своей правоте, что порой истина от этих упертых так и утаиваится из-за неспособности попросту осмотреться ещё раз. Естественно, Виктор имел полное основание для таких рассуждений, но вот только он не учёл того факта, что пытка "отобрать" у Ванды её магическую силу произошла уже несколько лет назад, а время на месте не стоит. С того момента, как они с Хоуп одолели последнего Феникса произошло много изменений. Алая Ведьма уже не была прежней - она стала более совершенной с какой-то точки зрения. И пока это было известно только одной ей и нескольким людям, которым она доверяла, в том числе и Стефан, занятия и медитации с которым были направлены на обучение концентрации. Откуда Виктор знал? Она не была бы удивлена, если бы узнала, что эта обычная ревность, иначе зачем эти тайные встречи ещё нужны? И сюда по тону и характеру разговора так оно в действительности и было.

В такие минуты, начинаешь чувствовать себя вещью, пусть и частично, но такое чувство проскальзывает, когда кто-то считает, что имеет на тебя свои виды. И нет ничего более ужасного, чем не принадлежать кому-то сердцем, а находится под его властью, которая сочетается со словами "любовь" со стороны властелина и "одержимость" со стороны подчинённого. Свободолюбивая цыганка никогда этого не выносила. Как странно, но именно робот, который учился жизни, выразил своё уважение к личной свободе человека. К слову, Вижн любил своим сердцем, если кристалл можно так назвать. Оно у него действительно было, несмотря на то, что он многое не понимал, но умел принимать. Кто бы знал, как ей этого не хватало и не хватает.

- Тогда я должно быть разговариваю с призраком, - тихо заметила Ванда, слегка улыбаясь, всё стоя к Виктору в полоборота. На минуту она закрыла глаза.

- Разделяй и властвуй... - Алая Ведьма бросалась в догадках, зачем Виктор это делает: что это? Новый план? Новый поворот событий? Афина вышла из-под его контроля и желаемая цель не была достигнута... Сейчас, он может повернуть всё так, чтобы снова она, Ванда, оказалась под его крылом, дабы снова попытаться сделать собственную магию более могущественной или... Что здесь явно было не так. В прошлый раз, он наблюдал за ней в её собственной комнате, не желая идти на разговор, пока она сама не проснулась и тогда, разговор состоялся. Та ночь была более искренна, чем этот день...

- Спасибо за предложение, но я не нуждаюсь в твоей помощи, - наконец, после паузы сказала женщина повернувшись к Доктору Думу лицом. - Более того, я вполне в состоянии дать Афине отпор, если понадобиться, - твёрдо ответила Ванда, снова приблизившись к Виктору. - Можешь быть уверен.

Её ладонь слегка загорелась алым пламенем, которым она коснулась груди мужчины. Это пламя прокникло сквозь его броню и сквозь него, разжигая кровь в венах, заставляя поддаться слабости. Тот гнев который пронесся в глазах Виктора нисколько не смутил Ванду, ибо скоро "пытка", которая стала неожиданностью, была закончена. Её последней нотой стал звук упавшей на пол железной маски. Теперь эти глаза были настоящие, эти глаза кипели от ненависти, готовясь нанести ответный удар, пока не столкнулись с собственным отражением позади женщины в красном.

+1

8

Виктор чувствовал, как  его раздражение быстро перерастает в закипающий гнев.  Сейчас он смотрел на Ванду чуть ли не с ненавистью:  неужели она решила, что может вот так просто отвергать его предложение о помощи? Дум не привык к отказам, а тем более к тому, что ему будет отказано уже второй раз. Он не за этим  телепортировался в этот город,  чтобы посмотреть на то, как Ванда в очередной раз попытается показать всю свою независимость от него.  Что ж, Ведьма может думать все, что хочет, но именно он, Дум,  принял ее в своей стране, когда у нее не осталось  ни крова над головой, ни даже собственных воспоминаний. Трудно даже представить, в чьи руки она бы могла попасть, не прояви Виктор  великодушия. Правда, в отличии от многих, Дум никогда не даст  забыть об услуге.  Так что, Виктор не просто воспринимал  Ванду в какой-то степени своей собственностью, но и считал, что это более чем оправданный подход.  Самоуверенная позиция Ванды в чем-то напоминало Виктору его собственное поведение,  и это раздражало. Никому не нравится смотреть на себя со стороны, особенно таким гордецам, как Виктор фон Дум.

- Так ты действительно не доверяешь мне, – раздраженно, даже со злостью сказал он – не смотря на все то, что я сделал для тебя, пока  остальной мир предпочел тебя похоронить?

Виктор успел заметить, как  рука  цыганки, покрытая тусклым алым свечением, касается его  груди, а вслед за этим алое пламя как будто проникло сквозь броню  Дума и сквозь него самого, опаляя монарха Латверии нестерпимым жаром, распространяя по телу легкую слабость, но меньше чем через минуту все закончилось.  В глазах Дума вновь мелькнула агрессия. Какое заклинание применила к нему Максимофф?  Виктор знал, что она не  хотела ему навредить, иначе он бы непременно это почувствовал. Пусть Ванда только начинала серьезно изучать магии, ей не хватало знаний и умений, но по одной лишь силе она уже превосходила  его.  Словно подтверждая эти слова, на землю со звоном упала металлическая маска. Маска Доктора Дума.  Виктор машинально натянул поглубже капюшон, дабы никто не увидел его обожженное лицо, свято уверенный в том, что Ванда таким образом попыталась оскорбить его. А ведь мы все знаем, как Виктор не любит, когда кто-то задевает его достоинство
-   Что это было? – резко произнес Виктор, буравя Ванду взглядом – Что это за заклинание?  Если ты надеялась навредить мне таким образом, то у тебя ничего не вышло. Так скажи мне, чего ты хотела добиться этим?  И ведь Дум мог бы зайти довольно далеко, если бы не  зеркало позади  Алой Ведьмы, которое так удачно поймало отражение правителя Латверии, вернее, его лицо, которое отныне было абсолютно здоровым. 

Виктор молча смотрел в зеркало, словно не верил тому, что видит. Он молча встал подошел к зеркалу, недоверчиво вглядываясь в свое отражение, как будто бы боялся, что это  окажется какой-то злой шуткой, миражом, который вот-вот испарится и оставит после себя все как есть.   Видеть себя таким было для Виктора несколько непривычным. Он уже давно привык к мысли о том, что вынужден всю жизнь прятать лицо монстра, а маска заменила ему настоящее лицо, став олицетворением самой сущности Виктора. В тот раз, когда Думу удалось получить силу Максимофф, его лицо тоже было исцелено, только для того, чтобы вновь сгореть в огне через несколько часов.  Дум был готов к тому, что и с этим произойдет то же самое. Но нет, лицо оставалось нетронутым.  Монарх   повернулся к Ванде, и его выражение лица несколько смягчилось

- Так вот, что это – произнес наконец он – Я благодарен тебе. Полагаю, ты что-то хочешь взамен?

+2

9

Железо так говорило магниту: «Больше всего я тебя ненавижу за то, что ты притягиваешь, не имея достаточно сил, чтобы тащить за собой!»


Словно пошатнувшись, она отошла в сторону, давая Виктору возможность взглянуть на своё лицо, теперь уже истинное и настоящее, такое, каким оно должно было быть, а не такое, каким он его сделал. Однажды, она уже давала такую возможность - увидеть собственное подлинное лицо, но тогда он хотел забрать всё и сразу. Ванде даже на какой-то момент показалось, что он хочет её убить и забрать её магию, тем самым став более могущественным. Именно за этот эгоизм Алая Ведьма заставила чары рассеятся, а Виктора снова испытать уродства, кое он сделал с собой сам. Откуда она знала, что он сам это сделал? Он сам ей рассказал. Дело в том, что однажды, она уже срывала с него маску, и тогда это чуть не стоило ей жизни. Тогда он накричал на неё, оттолкнув и испугав. Но больше её испугал крик, а не лицо фон Дума. Это был крик раненного животного, это был отчанный крик... Какими проклятиями тогда он только не проклянал, какие угрозы не приводил... Тогда не проронила ни слова, лишь тихо умываясь собственными слезами.

Сейчас словно в отместку Алая Ведьма пыталась снова доказать то, что она настолько сильная, что никогда не будет нуждаться в даже в таком покровителе, коим и был Виктор. Она будет слабой, только если этого захочет. Она будет нуждаться в покровителе, только если захочет. А если она этого не захочет, то...

- Не забывай, я сама себя предпочла похоронить... А ты лишь ловно воспользовался моим беспамятством, - лишь тихо прошептала женщина, пока Доктор Дум любовался своим отражением. Она подошла к бару и налила себе в стакан немного местного рома. Разговаривать с Виктором всегда тяжело: монарх требовал подчинения почти бесприкословного. Ванда никогда на это не велась, если только не брать в расчёт то, что она когда-то согласилась стать его женой. Какая бы это была чудовищная ошибка... Какая бы жизнь её тогда застала, если бы она не вспомнила, какой она была на самом деле.

Максимофф тихо отпила немного, со звоном поставила стакан на барную стойку и обернулась лицом к мужчине. Его довольное выражение лица встретилось с суровым взглядом Ванды. Чего она хотела? Теперь только одного.

- Да только одно, - сказала она, а затем продвинулась ближе на три шага, - Оставь меня в покое.

Скрестив руки на груди, на секунду она посмотрела в сторону, собираясь продолжить. Сложно объяснить явному собственнику, что ты не вещь и тем более не его вещь. Увы, ей так и не удалось этого сделать. Словно фурия, Виктор резко оказался в опасной близи, так, что Ванда успела на секунду испугаться, особенно после того, как обе её руки были сильно сжаты железными перчатками.

- Мне больно, - с возмущением сказала женщина, но от этого мёртвая хватка и не думала ослабнуть.

+2

10

Виктор начинал привыкать к  своему новому-старому лицо, легкое  удивление, вызванное резкой метаморфозой уже прошло, и лицо  монарха приняло свое обычное выражение – надменное и холодное,  почти не выражающее эмоций, словно маска, которую он носил столько лет. И все же, правитель Латверии до сих пор чувствовал себя немного неуютно без маски,  слишком долго он носил ее, чтобы навсегда отказаться от устрашающего железного лика. Для всего мира маска являлась настоящим лицом Дума,  олицетворением его деяний,   почти никто не знал, как выглядел Виктор когда-то, и кто знает? Возможно,  когда-нибудь Дум использует свой новый козырь.  Монарх действительно был готов выполнить  любую просьбу Алой Ведьмы в награду за то, что она вернула ему утраченное лицо, но когда  Ванда озвучила свою просьбу,  глаза  Виктора блеснули. К такой просьбе он оказался не готов, хоть она и была самой очевидной из всех.  Ну а дальше Дум и сам не до конца понимал, что он делает : в мгновение ока  тиран оказался в нескольких сантиметрах от женщины, резко сжимая обе ее руки, однако рассчитывая при этом свою силу так, чтобы случайно не повредить ей руки, ведь в своей броне Виктор мог поднимать груз вплоть до нескольких тонн, что уж  говорить о том, чтобы сломать хрупкие кости.

- Этого. Никогда. Не произойдет! -  громко сказал он, словно нанося удары хлыстом, при этом напирая на Ванду, заставляя Максимофф пятиться  назад -  Я слишком много сил потратил на тебя! Ты не можешь просто так придти в мой дом, показать мне, что значит иметь рядом кого-то ещё кроме себя, а потом отказать мне в моем праве! Ты будешь принадлежать мне, Ванда Максимофф, так или иначе, даже если для этого мне придется убить каждого, кто тебе дорог! – сказав это, Дум неожиданно остановился, словно понял, как он сейчас выглядит, и на какую-то секунду на его лице появилось… не сожаление, нет, скорее злость на самого себя.

Наконец, Виктор отпустил руки девушки и отошел от нее на пару шагов, подобрав лежавшую на полу лицевую часть маски, однако надевать ее не спешил.    Даже будучи увлеченным Вандой, Дум оставался все таким же чудовищным эгоистом, как и всегда. По сути,  он не нуждался во мнении Ванды, зачем, если  в своей голове он уже отыграл двойную партию:  за себя и за нее, он  уже проиграл все действия, все диалоги, и сейчас, когда  встреча пошла явно не по плану,  Виктор вышел из себя.

- Я не хотел  напугать тебя. – наконец сказал он, вновь приблизившись к Ванде – Но пока мы говорим, Афина продолжает свои поиски,  а у меня нет ни времени, ни желания больше спорить – с этими словами Виктор толкнул  ее вперед,  прямо в открывшийся за ее спиной портал, и сам последовал за ней. 

Оказавшись на той стороне портала,  Ванда увидела совсем не то, что ожидал бы увидеть любой,  хоть немного знавший фон Дума. Вместо величественного замка, или хотя бы роскошного особняка, перед Вандой оказался старый деревянный  дом, стоявший на отшибе одного из маленьких городков Латверии. Сам же  дом был окружен гигантским белым куполом, сотканным из мерцающей и переливающейся энергией,   купол укрывал старый дом от окружающего мира, для которого  этого странного убежища  и не существовало, мощное заклятье  прятало ветхий дом и от магического ока, даже  столь переоцененный Доктор Стрейндж не смог бы найти его.

-  Мы на месте - коротко сказал Дум, взяв  Ванду за руку,  не давая ей таким образом вырваться, и повел своенравную цыганку прямо в дом.  Обычно, в таких домах царит бардак и разруха, однако этот дом, несмотря на всю свою кажущуюся ветхость, был довольно  чистым, чувствовалось, что фон Дум поддерживает этот дом в порядке.

Отредактировано Victor von Doom (2013-06-29 13:22:12)

+1

11

sound

[audio][object Window]http://prostopleer.com/tracks/4431343urrO[/audio]

Лицо не дрогнуло, как и она, когда металлический звон каждого слова превратился в живой голос... Пропал металлический оттенок, спала маска стального властелина, закованного в металл, нереального, ибо никто никогда не знал, что такое вообще возможно. Настоящий и живой голос, кричащий о праве... О праве на человеческую жизнь, словно судья, который в праве отправлять на эшафорт или снимать оковы, даруя последущую жизнь. Маска, которая сейчас лоснилась на солнце, брызгая лучами в разные стороны, наверно, сейчас бы больше понадобилась своему обладателю, ибо без неё он был просто не в состоянии сохранять прежнее хладнокровие. Ванда всегда, когда видеть подлинное, прекрасное лицо Виктора, ещё в то далекое время, когда находилась в Латверии, а сейчас, когда смотрела в эти глаза, когда видела, как исказилась каждая мышца этого лица... Оно напугало её больше, чем маска.

Ванда отступала назад мелкими шагами, чувствуя, как к горлу подступает комок. Её зелёные глаза были полны сожаления и сочувствия... Сожаления из-за того, что когда-то она любила это "чудовище", быть может, она ещё сомневалась, но сейчас, когда гроза прогремела и лик её показался на горизонте, она была чётка уверена в обротном, что сердце её полно отвращения; сочувствия, потому что великий монарх никогда не сможет поистинному полюбить и дать счастья тому, кого он якобы любит, ибо его высокопревосходительность никогда не даст глотнуть свежего воздуха тому, кто его быть может любит.

- Спорить? - сглотнув и отогнав от себя минутную слабость, прошептала Алая Ведьма, прежде чем Виктор с силой оттолкнул её от себя. И она уже была готова упасть, но не смогла - под ногами земля словно провалилась. Долю секунду и под руками уже был не деревянный, старый и скипучий пол, а сырая земля. Теплый ветер дунул в лицо. Солнце спрятолось за облаками. Они покинули остров в одно мгновение...

Ванда не знала, куда именно открылся портал, но догадывалась, что это место было заготовлено заранее. Доктор Дум с той самой секунды, когда Ванда подалась в бега, знал, что он получил золотой билет посадить певчую птицу в свою клетку.

- Зачем тогда вся эта прелюдия? Почему ты меня сразу не похитил? - спросила Алая Ведьма, когда огромная, дубовая дверь жалобно скрипнула, а в комнате, в которую они вошли, воцарился мрак. Рука немного болела - железная хватка на то и сильная, что оставляет следы на хрупком теле. Но не это сейчас важно. Теперь ей всё стало понятно...

- Ты можешь запереть меня, где хочешь, но это ничего не изменит, ни какую реальность, - отчекания каждое слово сказала Ванда, стоя возле окна. Где-то над морем бушевал ветер. Где-то над морем шумели птицы. Где-то над морем, а может и в самой пучине, она хотела бы оказаться.

+1

12

-Ты первый… нет, второй человек, который узнал про это место – спокойно сказал Виктор, наблюдая за реакцией  Ванды. Он до сих пор чувствовал себя немного неловко из-за недавнего приступа ярости.  Ему было стыдно даже не перед Вандой, а перед собой:  такое проявление эмоций Виктор привык считать слабостью, проявлением собственного несовершенства. Проявляющий сильные эмоции человек  всегда  обнажает частичку своей души, и это делает его уязвимым перед другими людьми,  ведь ранить человеческие чувства так просто, особенно когда знаешь, куда бить. Но  Доктор Дум не был простым человеком. Он был монархом самой технологически продвинутой страны на земле, а значит, его эмоции должны быть скрыты от посторонних глаз так же, как металлическая броня скрывает его тело. Однако на деле это было гораздо труднее. Особенно, если ты только учишься о ком-то заботиться, даже если этот «кто-то» этого не хочет. Комплекс Бога не позволял Думу видеть  вещи достаточно объективно, не выворачивая их под своим углом. Монарх  знал, что он умнее чем все остальное население планеты, а потому искренне полагал, что он лучше знает, как должен думать и чувствовать себя человек.

Виктор не представлял этот дом, как тюрьму, для него это было одно из самых безопасных мест на земле, а может и за его пределами. Но это место было не только надежным укрытием. Когда-то в этом доме останавливался цыганский табор, в котором жили  его родители, и здесь, в этом доме, родился сам  Виктор. Когда-то здесь было многолюдно и весело,  несмотря на юный возраст, Дум уже тогда полностью осознавал себя и потому смог сохранить эти воспоминания. Здесь он впервые в жизни испытал и радость, и горе, и чувство потери, когда погибла его мать. Возможно, любой другой на его месте поспешил бы сравнять это место с землей, но Дум был твердо намерен сохранить эту частичку своих воспоминаний. Потому что на самом деле очень важно помнить, откуда ты начинал. Какими бы болезненными не были эти воспоминания. И монарх сохранил дом, как воспоминание о своей семье, и о маленьком  нищем мальчике, каким он когда-то был.       Повертев в руках металлическую маску, Дум надел ее обратно. Через маску к нему поступали сведения со всех компьютеров,  так он мог мониторить ситуацию с Афиной прямо отсюда, не сдвинувшись с места.  Он подошел к Ванде и встал чуть позади нее, тоже глядя в окно

Добро пожаловать в мой старый  дом,- наконец сказал он -  я жил здесь раньше… очень давно.  Тогда ещё это было совершенно обычное место, но оно мне дорого. И я надеюсь, что ты к нему привыкнешь -  Дум аккуратно положил руку на плечо Максимофф. Это могло бы означать поддержку, но уж очень властным, собственническим казался этот жест- [b]Я позволю тебе уйти когда посчитаю нужным.

Отредактировано Victor von Doom (2013-07-23 04:36:31)

+1

13

Тишина абсолютная разрывалась только последними словами Виктора и отрывистым, немного слышным дыханием Ванды. Голова склонилась, и кудри ещё сильнее рассыпались по плечам. Лёгкая дрожь пробежала, когда железная рука осторожно опустилась на её плечо. Она взгдрогнула. Эта рука была подобно петле, обматывающей шею, сдавливающая и контролирующая каждый вздох. Это приятно, когда появляется предмет обожания, и немного больно, когда он сопротивляется нашей воле, нашему желанию тратить своё время на него. Но ничего кроме одержимость и эгоизма не содержится в этом псевдо светлом чувстве.

Здесь и сейчас он клянется, что делает всё, чтобы защитить её от нависшей опасностью, в которой, возможно, он и сам виноват. Но тем не менее, он уверяет, что ему важно, что бы она была жива... Но как можно верить человеку, которой когда-то проявил "милосердие" ради собственной цели - забрать у неё силу и стать властелином этого мира. Возможно, тогда в планы Виктора и входило, чтобы оставить это бессильное существо в последствии у себя, но Ванда этому не верила. Она не могла верить тому, кто всегда ведёт двойную игру.

Последние слова были похоже на лезвие, приставленное к груди, пока безобидное, но в любой момент готовое навредить. Даже если Виктор и был на половину честен, то эта половина страдала одержимостью к контролю и владению. И именно на эти слова Ванда обернулась, машинально скидывая холодную руку со своего плеча.

- Что? - такого поворота событий она не ожидала. В зелёных глазах удивление и страх быстро сменилось решительной ненавистью. - Ты не имеешь никого права держать меня при себе. Я не вещь, Виктор. И если я захочу уйти, то я уйду...

Решительная речь с каждым чётким словом прервалась. Она знала, что сейчас ей хватит сил, чтобы выбраться отсюда, но какой бы это было сделано ценой? Впрочем, Виктор сам виноват. Если понадобиться поджечь дом, чтобы выбраться, то она подожжёт дом. Она сделает всё и у него не останется выбора, как когда-то он не оставил выбора ей. Но сейчас мысли её не были заняты такими крайностями. В голове сложилась вся картинка. В какой-то момент смотря на настоящее лицо, живое, Ванда поняла, зачем она здесь и почему он так старательно её опекает.

- Ну, конечно, - на лице женщины появилась разочарованная улыбка, которую с минуту закрыла рука, - всё это... предложение, слежка, дом... Ты не хочешь, чтобы Афина забрала мою силу, потому что только ты в праве ею распоряжаться, только ты, ибо никто другой не имеет права ни на мою жизнь, ни на мою силу... - она горько усмехнулась.

В углу, на столе, стояла одинокая ваза, не украшенная ни каким цветком. Она стояла в тени и не привлекала особого внимания, ровно до того момента как начала шататься.

- Но знаешь что? Ты никогда не получишь ни мою силу, ни власть надо мной, никогда. Я быстрее вонжу в грудь нож, чем буду принадлежать тебе. - Алая Ведьма чуть не перешла на крик, но криком стала разбитая о стену ваза, которая даже своим громким звуком не смогла обратить на себя должного внимания и осталась лишь сопровождающим треском.

0


Вы здесь » MARVEL GENESIS` » Другие места » 09.04. - Je m'en fous pas mal


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC

Вверх страницы
Вниз страницы